На море мы везем бледных кормильцев, обратно – загорелых. Разница очень заметна – особенно в общей массе.

Сегодня был в Салониках. Кроме дешевого оливкового масла этот порт интересен своим рсположением и заходом на посадку – мало того, что отсутствует точная система, так еще и заход из двух частей – сначала стандартное снижение, потом нужно замереть, перелететь холмик, и, перелетев, вдоль этого холма энергично снижаться вниз до самой полосы, ориентируясь только по огням глиссады, которая весьма крута. Нас, конечно, энергичным снижением не удивишь, но одно дело падать камнем на пустой элке, а другое дело на стотонном корабле с двумя сотнями душ за спиной. Вобщем – заход адреналиновый сам по себе, да еще и полоса короткая – дальний торец очень быстро становится ближним. Подпортил ощущение только сокол, который решил посмотреть поближе на момент касания передней стойки, да так на ней и остался.

На обратной дороге оказались в каше московской зоны (впрочем – в московской зоне всегда каша, даже если на всю зону два самолета) и устроили небольшую обзорную экскурсию окрестностей Домодедово. До Коломны не долетели немного, но аэродром в Жуковском осмотрели подробно и в отстутствии пробок на МКАДе убедились визуально. В качестве ознакомления выполнли полностью автоматическую посадку – автомат сажает замечательно мягко и красиво.

Разобрался с бумажками и теперь даже на двухчасовом рейсе не только успеваю поесть, но и пять-десять минут поглазеть по сторонам. Потихоньку вкатываюсь и привыкаю.

Получил хорошие отзывы от двух инструкторов, замкомэска и комэска.

Повстречал за столь короткое время в АДП много приятелей. Почти все они, в разное время, летали в Коломне на выброску.

Люблю выходные, ночные и утренние рейсы – дороги свободны, от дома до работы – сорок пять минут. Ненавижу пятницы – езал на вылет два с половиной часа, даже машинка зачихала, заплакала и попыталась заглохнуть в пробке.

Как-то так, если вкратце.

Сессия первая. Все легко и просто, за исключением того, что мы ничего не успеваем. С тренажера выходим сухие, сесть удалось всего пару раз,  я в самый наипростейших условиях словил крэш. Мы в панике. Вс ночь учим процедуры, которые, как казалось в Москве, были выучены на шесть из пяти.

Второй тренажер не дает возможности расслабиться, начинаются гадости. Отказы двигателя значительно после взлета, боковой ветер усиливается, видимость ухудшается. Пока ничего страшного, но поймать самолет пока все еще сложно. Тем не менее  кое-как удается справляться. У инструктора четыре листа замечаний. На следующий тренажерах будет, как минимум, не меньше.

Дальше номера не помню, но чего у нас только не было. Увод стабилизатора – упражнение на физическую силу, пока не выполнены процедуры и все не возвращается в условную норму, нагрузка на руки как в хорошем спортзале. Аналогично тренируем ноги при отказе двигателя  тримировать до полного снятия нагрузок не разрешают. Горим, тушимся, спасаемся. Эвакуируем пассажиров. Садимся без механизации на бешеной скорости – останавливаемся за 500 метров до конца полосы, а она – 3000 метров. Если нам удается зайти по минимуму погоды – на полосу выезжает трактор или другой самолет или по нажатию волшебной кнопки погода становится ноль на ноль, после взлета самолеты летят нам в лоб, орет TCAS и мы уворачиваемся, на высоте самолет сваливается всеми возможными способами и мы его вытаскиваем, происходит взрывная разгерметизация и мы экстренно снижаемся, аэропорт назначения закрывается, а запасной не имеет нужных средств посадки, на взлете и посадке нас поджидает сдвиг ветра такой силы, что приходится доводить дело до стикшейкера, только чтобы уйти от земли итд, итп, ебц.

За все тренажеры мы садились в автомате два раза – на первом тренажере и на чеке. Причем на чеке мы не вытерпели и стали сажать врукопашную раньше и лучше, чем в автопилоте, чем приятно удивили инструктора.

Конец наш был суров. Под самый конец чека, когда оставалось  всего пару минут, мы оказались на посадочной прямой в непосадочной конфигурации без двигателей. Вот тут уже мне справиться не удалось и я забабахал образцово-показательный крэш на скорости в 200 узлов с вертикальной 1200 футов в минуту встретив землю.

С каждого последующего тренажера мы выползали еще более мокрые, чем с предыдущего. Распорядок дня был прост – подъем, скорый завтрак, пешком до тренажера, брифинг, четыре часа тренажера, из которых два часа – справа и два – в капитанском кресле, 15 минут прогулка вокруг здания, подготовка-подготовка до вечера, прогулка до гостиницы, еще немного подготовки, полчаса – бассейн, пара подготовительных полетиков перед сном, по 50 и спать, чтобы на следующее утро – снова в бой.

Единственное исключение – два day-off, когда тренажера не было и мы спали не до 5, а до 8 и «летали» в деревянной и бумажной кабинах весь день.

Впереди – бумажная волокита, наземная подготовка, и много стажерской работы.

Позади – кайфовый тренажер, на которых хочется вернуться.

Ну и Лондон посмотреть было бы неплохо.

Большой Экзамен нам перенесли на 4-е, до этого будет небольшой зачетик, но там можно и не ругать. А сегодня нас посетило счастье и целый день мы летали с инструктором в нашей любимой деревянной кабине. То количество ошибок, которые мы нашли и вычистили не поддается описанию. Как говорит инструктор – мы получили гифт. 

Еще один гифт в виде британской мультивизы упал на нас вечером.

Вот еще. Мы начали копать еще один блок процедур и теперь точно знаем, что га-га-га лучше, чем га-га и ничего в этом га-га страшного нет.

И еще. Завтра садится на обучение еще одна группа, так что мы теперь будем уже почти что дедушки, а они – салаги.

Вот, собственно и все. (с) Юрыч. Вроде как-то так. (с) Кто-то из великих, может быть, даже, я. Что-то забыл…(с) Григорий Саныч

Перебоулся в летнюю резину. Весь процесс занял 15 минут.

Все кругом зазеленело и пока еще не покрылось пылью.

Температура окружающего воздуха стала пригодной для жизни.

Из таких маленьких плюсиков и складывается один большой позитив.